О ГОРОДЕ  -   АДМИНИСТРАЦИЯ  -   МУНИЦИПАЛЬНЫЕ ПРАВОВЫЕ АКТЫ  -   СХЕМА ГОРОДА  -   АРХИВ "УГРЕШСКИЕ ВЕСТИ"  -   КАРТА САЙТА  -   Сделать стартовой


муниципальное образование
"Городской округ Дзержинский"
ГЛАВНАЯ МУНИЦИПАЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ГОРОД ЭКОНОМИКА СОЦИАЛЬНАЯ СФЕРА ЖКХ ОБРАЩЕНИЯ ГРАЖДАН ГРАДОСТРОИТЕЛЬСТВО И ИМУЩЕСТВО ГОРОДСКАЯ СРЕДА

Начало раздела

Учредители и Издатели

Редакция

Архив выпусков

23 августа директору ТЭЦ–22 АО «Мосэнерго» Ивану Михайловичу Козлову исполняется шестьдесят пять лет.

Буду стараться успевать

Какими разными бывают годы. Одни тянутся медленно, как состав с несчетным количеством вагонов, другие летят стремглав. Каждый четвертый год в календаре високосный — от него, говорят, жди неприятностей. Но случаются годы особые — юбилейные, когда три круглых даты следуют одна за другой, когда цветы и поздравления. И, конечно, вездесущие журналисты (как же без них!) толпятся возле кабинета, торопясь открыть дверь в чужую жизнь.

— Иван Михайлович, в этом году у вас так много юбилеев. 65 лет со дня рождения, 15 лет директорства на ТЭЦ–22 и 40 лет работы на станции. Какие чувства испытывает трижды юбиляр?

— Время пролетело незаметно, особенно последние годы. Вроде бы недавно 60 было, и вот уже 65. Работа, реконструкция станции, реорганизация «Мосэнерго». Объемы большие, наверное, поэтому время быстро летит. Конечно, подводишь какие–то итоги, смотришь, что сделано. Я думаю, что эти пятнадцать лет не зря мы здесь были — станцию преобразовали, оборудование заменили. ТЭЦ–22 — одна из первых в системе «Мосэнерго», где много делается для внедрения ПТК «Квинт» — это помощь в компьютерном управлении. Две третьих всего оборудования станции уже оснащено такой системой. Это неплохой результат.

— Вы наверняка можете подробно рассказать о каждом годе жизни станции. А помните, каким был Иван Михайлович Козлов в свои 20 лет или 45?

— В 20 лет я работал в Москве, на ТЭЦ–20, монтажником. Мы там ставили новую турбину. Работали в три смены, график был напряженным. А я еще пытался учиться — ходил на вечерние курсы при институте. Но служба в армии помешала. А в институт я все–таки поступил, добился цели. В 1959 году я перебрался сюда, на строительство станции — здесь работа кипела так, что в субботу и воскресенье приходилось выходить. Мы напряженно трудились не потому, что в деньгах нуждались — зарплаты у нас приличные были, а потому, что дело большое делали, нужное. Конечно, и для отдыха время находили: футбол, волейбол — все, как положено. Тогда как–то свободнее жилось, чем сейчас. В магазине каждый мог купить любые продукты, на работе в обед пиво разрешали выпить. И ведь не напивались! Чтобы кто–то на работу пьяным пришел или прогулял, такого и в помине не было. Тогдашняя жизнь здорово от сегодняшней отличалась.

— А в 45 лет вы уже были руководителем?

— Нет, еще заместителем директора. Меня избрали директором станции позднее, в 1988 году. Тогда для меня, как заместителя директора, самыми трудными были жилищно–коммунальные вопросы и снабженческие — уголь. А в остальном, все так же, как и сейчас. Только тогда в горком часто вызывали — ругали за то, за это. Сейчас никто не ругает, как хочешь, так и крутись. А больших изменений в управлении станцией не произошло. Мы как работали, так и работаем. С таким же напряжением как раньше, с той же отдачей. Только сейчас возможностей стало больше: можно купить новое оборудование, установить его и сделать станцию более надежной. А тогда мы даже автобус не могли самостоятельно приобрести — только по направлению. Поэтому, с одной стороны легче, с другой — свои сложности и проблемы. Скажем, наши смежники до сих пор не на уровне. Поставляют некачественное оборудование, срывают сроки. Новую турбину на два месяца задержали, вагоноопрокидыватели — на два с половиной. А нам придется нагонять, работать в три смены, потому что нельзя срывать график ремонтов. Но утверждать, что смежники плохие, а мы хорошие, наверное, тоже нельзя. Заводы можно понять — нет заказов, самые квалифицированные кадры уходят. Это известные факты, но нам–то от этого не легче.

— Какие проблемы на данном этапе жизни для вас самые главные: производственные, семейные или какие–то другие?

— Конечно, производственные. Семейные вопросы, я считаю, уже решены. Растут внуки, хочется им помочь, рассказать, что в первую очередь должен быть труд, а потом уже все остальное. Для меня, как председателя комитета по восстановлению обители, по–прежнему остаются главными дела в монастыре.

— Вы прожили долгую жизнь. Менялся государственный строй, условия работы. А вы всегда оставались человеком с внутренним стержнем. Что помогало не согнуться под ветром перемен?

— Русский человек никогда не теряет оптимизма, знает, что за плохими днями все равно придут хорошие. Я думаю, что ни при каких самых сложных обстоятельствах нельзя теряться. И еще нужно доверять людям, с которыми работаешь. Нужна идея, цель, которая бы всех объединила. У нас в коллективе сложилось так: если есть задача, значит, ее надо решать. Вы, наверное, знаете, что недавно у нас были проблемы с подачей топлива. На этом участке работали по сто человек в смену: мы снимали людей из других цехов, отделов, солдат приглашали. А сейчас провели реконструкцию в цехе, нашли возможность увеличить зарплату и решили проблему.

— То есть, вы считаете, что та глобальная задача, которую вы волей судеб решаете — обеспечение людей светом и теплом, объединяет коллектив и позволяет двигаться вперед?

— Конечно. Некоторые говорят: «У вас зарплата большая!» Так мы работаем по 12 часов в сутки. Эксплуатационный, ремонтный персонал работает день и ночь. Если какие–то проблемы, авария — люди выходят на работу и в выходные дни, и в праздники. Потому что понимают, что от нас зависит обеспечение города теплом и светом. Это и есть та задача, которую мы решаем.

— Все, кто знает ваш коллектив, говорят, что он особенный. Почти все сотрудники оказывают материальную поддержку Николо–Угрешскому монастырю. Это тоже служит делу объединения людей?

— Когда пять лет назад архимандрит Вениамин и я, как председатель комитета по восстановлению монастыря, обратились к работникам ТЭЦ–22 с просьбой помочь обители, то удалось собрать около 70 тысяч рублей. В этом году люди сдали уже 300 тысяч рублей. Это тоже каким–то образом объединяет. Люди видят, что их деньги идут на святое дело. Благоукрашаются храмы, территория обители хорошеет день ото дня. Люди же не только деньги дают, они приходят в монастырь с горем и с радостью, крестят детей, провожают близких в последний путь. Это тоже о многом говорит.

— А для вас лично что значит деятельность по восстановлению Николо–Угрешского монастыря?

— Мой старший сын раньше подошел к пониманию того, что без веры сегодня нельзя. Он мне помог в этом. Большое значение для меня имела встреча с отцом Вениамином. Когда я увидел, как он трудится во благо обители, понял, почему он это делает, я как–то перестроился духовно. Стал по–другому смотреть на многие вещи. Думаю, что сейчас без веры трудно и молодым, и пожилым. Все мои внуки ходят в церковь, причащаются. Всем, кто живет в городе, повезло, что рядом монастырь, где можно молиться, укрепляться духом.

— Есть какое–то дело, которое нужно обязательно сделать — хоть умри...

— Во–первых, закончить реконструкцию. У нас впереди большие работы по станции: необходимо реконструировать химводоочистку — уже есть проект. Затем нужно менять котлы, они тоже изношены. Есть еще одна важная задача — хотя бы один–два колокола больших поставить в наш Николо–Угрешский монастырь. Тогда этот самый трудный сегодня для обители вопрос будет решен. Дел много незавершенных, есть чем заниматься. Хотелось бы побывать в других монастырях, не только в нашем. Я стараюсь посещать другие обители, но больше, чем одна–две поездки в год не получается. Хотелось бы больше — буду стараться успевать.

Татьяна РЯБЧЕНКО

Коллектив «Информационного центра» поздравляет Ивана Михайловича Козлова и желает юбиляру успехов во всех его начинаниях.

1