О ГОРОДЕ  -   АДМИНИСТРАЦИЯ  -   МУНИЦИПАЛЬНЫЕ ПРАВОВЫЕ АКТЫ  -   СХЕМА ГОРОДА  -   АРХИВ "УГРЕШСКИЕ ВЕСТИ"  -   КАРТА САЙТА  -   Сделать стартовой


муниципальное образование
"Городской округ Дзержинский"
ГЛАВНАЯ МУНИЦИПАЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ГОРОД ЭКОНОМИКА СОЦИАЛЬНАЯ СФЕРА ЖКХ ОБРАЩЕНИЯ ГРАЖДАН ГРАДОСТРОИТЕЛЬСТВО И ИМУЩЕСТВО ГОРОДСКАЯ СРЕДА

Начало раздела

Учредители и Издатели

Редакция

Архив выпусков

  из истории нашего города
КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ ПОД МОСКВОЙ

К началу 1942 года германские войска, осуществлявшие с середины ноября новое генеральное наступление на Москву, были изрядно потрепаны и повергнуты в шок. Отдельные части, в особенности к северо–западу от столицы, все еще лелеяли надежду на успех объявленной кампании и, рассматривая в бинокли московские кварталы, торопили свои тылы с доставкой дальнобойных пушек для их обстрела. Трезво оценивая создавшуюся обстановку, немецкие генералы (а таких становилось все больше) предлагали остановить бессмысленный штурм и отойти в глухую оборону, чтобы сделать передышку на занятых рубежах. Они предлагали создать и подтянуть к линии фронта новые резервы, чтобы с приходом весны ринуться в новое наступление. В результате таких действий, считали они, возникнет благоприятная пауза. Но она меньше всего устраивала наше командование, считавшее этот момент самым удобным для начала контрнаступления.




Несмотря на трудные условия и превосходство немцев в живой силе, артиллерии, танках примерно в полтора раза, не было сомнений в том, что наступать надо. Немецкий военный историк К. Рейнгардт в своей книге «Поворот под Москвой» отмечал: «Момент для проведения контрнаступления был выбран очень удачно. Армии и танковые группы, входившие в состав группы армий «Центр», только что прекратили свои наступательные действия и не успевали еще занять позиции для обороны... Бок не располагал больше резервами, и его группа армий занимала невыгодный для обороны рубеж, сильно выдвинувшись вперед перед соседними группами армий и обнажив тем самым свои фланги. ...То, что немецкое командование было застигнуто врасплох, свидетельствует о хорошо удавшемся русским развертывании своих сил и правильно выбранном моменте контрнаступления».




Но не только временной фактор был решающим для начала контранаступления, тут были и другие позитивные факторы: включение в состав фронтов ударных армий, активизация партизанских действий в тылу врага, героический труд населения Москвы и Подмосковья при возведении оборонительных сооружений (см. фото в середине), перевес количества самолетов в авиации в 1,6 раза, успешное освоение оружия залпового огня, укомплектование отдельных стрелковых бригад моряками Тихоокеанского флота. Одной из первостепенных задач для наших частей был разгром и уничтожение группировок врага на правом и левом крыльях Западного фронта. Первое — удары по направлениям Клин–Солнечногорск и район Истры и второе — Узловая — Богородицк, во фланг и тыл гудериановской армии.

Утром 5 декабря первыми нанесли контрудар по врагу войска Калининского фронта. 7–го в наступление пошли войска Западного фронта, а еще через сутки заявил о себе и Юго–Западный фронт. Прорвав передовые линии обороны, советские войска начали громить «все самое лучшее», что могла поставить Германия под Москву. Немецкие генералы были в растерянности. Видя катастрофическое положение армии Штрауса в районе Калинина, группы Рейнгардта у Клина и армии Гудериана под Тулой, они стали просить Гитлера перейти к обороне. На этот раз их голос был «услышан», и директивой № 39 от 8 декабря группе армий «Центр» было разрешено на всем советско–германском фронте перейти к обороне. Один из просителей, Гальдер, еще две недели назад не без ностальгии отметил в своем дневнике: «Таких сухопутных войск, какими мы располагали к июню 1941 года, мы уже никогда иметь не будем». Напуганные размахом партизанского движения и уходом населения в леса, а также обеспокоенные судьбой обеспечения своих армий продовольствием, немцы стали объявлять приказы, как, например, в Шаликово Можайского района, в которых указывали, что «заводы будут работать по–прежнему, колхозы временно остаются, руководить колхозами будут надежные люди. В населенных пунктах будут выбраны старосты. Советские деньги временно остаются в обращении...» Безусловно, такой приказ последовал не от хорошей жизни. В зоне действия партизанских отрядов в Волоколамском районе, одним из руководителей которых был М.П. Щербаков, было принято решение о систематическом минировании проселочных дорог, которые использовались для передвижения техники и живой силы врага: Ярополец — Утишево — Теряево, Каляево — Мащерово, Мащерово — Чащь, Чащь — Харланиха.

Жительница нашего города, участница трудового фронта в Лихвинском районе Тульской области Любовь Ивановна Пулеметова рассказывает о том, что в период оккупации жители их деревни помогали нашим партизанам, укрывавшимся в окрестных лесах и оврагах, как продовольствием, так и сбором сведений о немцах. В период наибольшей эйфории немцы особенно драли горло, восклицая: «Капут, капут Москве!», а сами, как в «Свадьбе в Малиновке», грабили население. Забирали скот, собирали в ящики масло, сало и яйца (вот она — трогательная забота о колхозах), а затем грузили на телеги, запряженные лошадьми–тяжеловозами. Немцы не гнушались ничем и отбирали теплые вещи, и даже гармонь — потешиться напоследок. Так они на деле осуществляли наказ фюрера обращать население в бегство, он считал совершенно безответственным «рисковать жизнью немецких солдат для спасения русских городов от пожаров или кормить их население за счет Германии».

Ночные действия лихвинских и белевских партизан, взрывавших немецкие объекты, отвлекали часть карателей от осажденной Тулы. Любовь Ивановна помнит героя–партизана Сашу Чекалина, который на период болезни находился у своего дедушки в Песковатском. Узнав об этом, немцы ворвались в дом и увели его с собой. На допросах он не проронил ни слова. Отважного партизана казнили на площади Лихвина, куда собрали всех жителей. Запомнились его слова перед смертью: «Победа будет за нами, всех не перевешаете!» Подвиг Саши запечатлен в названии города — Чекалин.

При работе над очерками, посвященны ми Московской битве, пришлось столкнуться с большой скудостью материалов о жителях нашего поселка и окрестных деревень, принимавших участие в ней. Это связано с тем, что живых участников битвы остались считанные единицы. То обстоятельство, что формирование народного ополчения в Москве происходило по районному признаку с присвоением номера дивизии, что создавало удобство в поиске сведений о москвичах. Костяками таких дивизий становились крупнейшие заводы столицы. Что же касается отдельных частей и подразделений, сформированных в Московской области (как, например, у нас), то их вливали по указанию штаба МВО в московские дивизии, в основном, в 5–ю и 7–ю. Мобилизация проводилась чрезвычайной тройкой под руководством штаба МВО. Кроме отмобилизованных дивизий каждый район создавал запасной полк, из которого шло пополнение «убыли», т.е. погибших в бою, умерших в госпиталях и плену и пропавших без вести. Последних было особенно много в первые месяцы Московской битвы — самый кризисный период Великой Отечественной войны. Вот почему рассказы родственников погибших очень скупы и немногословны. Рассказывая о войне, 91–летняя Нона Сергеевна Рузина говорит: «У нас мужчины все погибли, сердешные. Почти никто не вернулся».

На войне как нигде обостряется чувство ответственности за свою Родину. Сколько теплых слов говорили бывшие учащиеся, кружковцы об Александре Семеновиче Петрове, привившем любовь к природе и истории родного края. На фото вверху справа — петровские соколята! Петровские — дважды, и по фамилии учителя, и по заповедному, уникальному селу «Петровское», где водились редких пород соколы, где находился их пионерский лагерь, где и по сей день в конце мая распускаются колокольчики с крупными бутонами.

Война не только обезображивает, но и приукрашает образ защитника Отечества. Вспомним фильм «В шесть часов вечера после войны» или «Два бойца». Как близки их персонажи, особенно, девушки, изображенным на фото внизу! Это члены Люберецкого штаба МПВО, и среди них — Евгения Новицкая, знакомая нам по предыдущим очеркам.

Развивая наступление, 16–я армия Рокоссовского освободила ряд сел Истринского района. Моряки 84–й морской стрелковой бригады освободили село Теряево и вышли к Иосифо–Волоколамскому монастырю. Однако очистить его от немцев было нелегко, так как командование 2–й Ударной армии не разрешило стрелять по монастырю из пушек. Так началось освобождение Волоколамского края.

Владимир МИТЮШКИН


Мы в социальных сетях


В начало сайта  |  О проекте  |  О странице  |   Емайл
Сайт создан и поддерживается Администрацией города Дзержинский